Интересное, ранее не возникавшее (я там был в третий раз) ощущение от Парижа: город, который, как, наверное, и вся наша цивилизация, перестал рождать новые смыслы. Когда-то в Париж ехали за идеями или за стилем. Второе, наверное, и сейчас возможно, я по этой части не силен, первое — уже нет.

Там пестро, весело, вкусно, пахуче, грязновато — так, как и положено в Париже и как, если верить историкам, там было со времен Лютеции. Но какой-то специфической харизмы, именно харизмы, а не обаяния стиля, не чувствуется. Это не "столица мира" и даже не столица Европы, нынешний Париж в этом смысле вполне равноправен с Берлином, Веной или Москвой. "В каждой избушке свои погремушки" — хотя парижские, конечно, поизящнее будут.

Когда-то Париж бросал вызов Богу — хоть едой, хоть развратом, хоть революцией. Сейчас бросать вызов бессмысленно, поскольку никто ничего никому не запрещает. Никакой и ничьей власти над умами и душами — в эстетическом, поэтическом, политическом, каком угодно еще смысле — больше нет, есть только мода.

Хотя не она одна, конечно. Есть жизнь, улицы, вкусы, запахи, неповторимая парижская толпа. И неповторимая же парижская теснота — комнат, лестниц, ресторанных закутков, — в странном контрасте с помпезными дворцами и улицами, оставшимися от тех эпох, когда здесь еще стремились что-то кому-то доказать.

Возможно, на мое восприятие повлияло одновременное с пребыванием в Париже чтение вот этой книги, очень любопытной, хотя и очень субъективной.