Толерантность — не божество, чтобы в неё верить. Толерантность — всего лишь инструмент взаимодействия социумов и социальных страт, в том числе внутри государства, будь то империя или государство-нация. Она возможна — но только при условии, что её практикуют обе (все) стороны — участники процесса.

Взгляните на вещи прямо. Живущие в Европе мусульмане пользуются преимуществами свободы и отлаженной веками инфраструктуры не только без ограничений, но и злоупотребляя этими благами в ущерб строителям и владельцам. Но стоит владельцам и строителям выразить беспокойство по поводу этих злоупотреблений, как поднимается вой о «расизме» и «угнетении». В каждом крупном европейском городе существует «государство в государстве», живущее по законам и обычаям обществ, покинутых мусульманами в том числе из-за неприемлемых условий жизни в этих обществах. Парадокс? Зато в Иране, Пакистане и прочих маловысокотолерантных местностях компактного проживания мусульман то и дело казнят или вообще линчуют не-мусульман за какое-нибудь смехотворное, высосанное из пальца «богохульство». Эмоциональным, альтернативно образованным и патриархально воспитанным людям с особой культурой мышления (на нормальный человеческий язык это переводится как «истеричные дикари») то расскажут о каких-нибудь событиях в далёкой Америке с ничтожным количеством участников и свидетелей — причём не о тех, о которых стоило бы, то покажут карикатуры на любимого с детства древнего аравийского поэта (причём наиболее отвратительные из этих карикатур окажутся сфабрикованными показывателем). Зачем бы это?

Люди, видящие в поступке пастора Джонса корень зла — либо дураки, либо мерзавцы. Пастор — не причина, а всего лишь одно из следствий. Причина — в том, что ислам, оседлав проблематику демографического перекоса (это не переход, как я полагал ранее, а именно перекос), стал одной из наиболее существенных угроз для популяции homo sapiens. Ислам, в силу целого ряда особенностей, идеально подходит для этой цели. Непонимание либо игнорирование этого факта смерти подобно.